Denis Ryzhkov
группа туристов расквартировалась в небольшой деревушке,
расположенной в скалистой нише на затерянном в морях острове.
наслаждаясь местным колоритом и гостеприимством аборигенов,
мы проводили время в весёлых пирушках,
нередко переходящих в наиприятнейшие проявления эротического туризма.

из всего этого тумана меня вывел выстрел:
кто-то пытался унести куст травки из охраняемого дома,
расположенного в самой глубокой части скалистой ниши.
я спросил человека с оружием: зачем?
он ответил, что делает свою работу просто за деньги
и пристрелит любого, кто попробует вынести из этого дома что угодно.
там, мол, радиационное заражение, нечего его распространять.

и вот мы уже на чемоданах на морском побережье,
ждём когда нас заберёт корабль.
только тут, отойдя от кумара пирушек,
я увидел, какой же это красивый был остров!
шоколадно-коричневые скалы с причудливыми узорами минералов
разрезают фантастический оранжево-фиолетовый закат,
прозрачное бирюзовое море бросает на берег пенящиеся волны.
я бросился фотографировать скалы, небо, море, волны.
забегал в воду, чтобы снять береговую линию наоборот,
пытался снять снизу высокие волны,
и едва уклонялся от них, когда они наконец обрушивались.

тут я увидел длинную щуку, которая плыла почти у самой поверхности.
схватил лежащую на берегу палку с ржавым гвоздём
и вплавь бросился догонять щуку.
настигнув, я с размаху вонзил в неё свой первобытный гарпун
и потащил к берегу.
щука сорвалась, я снова догнал её, и так несколько раз.
в итоге я вытащил её на берег и с помощью одного из аборигенов
переложил в длинный узкий деревянный ящик.

мы понимали, что щуку нужно припрятать, поэтому быстро понесли ящик
по проходу между скалами и левой стороной деревни.
мы планировали спрятать её возле того самого дома,
ведь все избегали этого места, значит оно было самым безопасным для нычки.
охранника удалось обойти незамеченными, но тут мы вспомнили про радиацию
и только сделали вид, что припрятали добычу, на случай, если кто следил,
а сами быстро обежали дом и вышли по проходу между скалами
и уже правой стороной деревни. тут стоял дом этого аборигена.
с закрытого другими домами и скалой двора
мы тихонько позвали мать аборигена, она выглянула из окна на втором этаже
и сбросила верёвку. мы привязали верёвку к ящику (только с одной стороны,
т.к. было мало времени) и, поддерживая снизу длинный ящик,
помогли поднять его на второй этаж, а сами быстрее пошли прочь,
обсуждая, как здорово мы припрятали добычу в том дальнем охраняемом доме.

но вскоре нас настигло несколько очень злых вооружённых аборигенов,
видимо они так и не нашли ничего в охраняемом доме.
чем закончилась заварушка, я увы не помню.

---

на побережье было состязание яхт, вернее небольших белых корабликов,
сделанных из плотной непромокающей бумаги, в которых сидели домашние питомцы.
мы с тем самым аборигеном установили мою черепаху Топу в кораблик,
Топа растопырила лапы, упёршись ими в углы кораблика,
и теперь могла уверенно управлять своим быстроходным судном.

прозвучал старт - кораблики поплыли, и только тут я увидел, что мы перепутали
и установили Топу задом наперёд. из-за этой ошибки кораблик перевернулся
и Топа камнем ушла под воду.
эмоциональная буря вогнала меня в невыносимый ступор,
я ревел, но вскоре вспомнил, что в ванной Топа тоже уходила камнем вниз,
но затем быстро всплывала, как подводная лодка, и дальше уже плыла по поверхности,
загребая всеми четырьмя лапами.
и действительно, из недр морских всплыла моя дорогая зверушка, цела и невредима.

и тут, неожиданно, мой абориген подплыл к ней, резко схватил за заднюю лапу
и вытащил её из воды. эмоции снова захлестнули моё восприятие:
ведь брать в руки её можно только за панцирь, а теперь вес панциря
рывком пришёлся на хрупкую заднюю лапку (Топа ведь сухопутная,
это не мощная ласта морской черепахи), и такой вес легко мог сломать лапку.

абориген со словами, мол, она прочная, швырнул Топу на берег,..
чем это закончилось, я тоже не помню,
но подозреваю, что это были последние слова того аборигена.


ночь с 12 на 13 ноября 2010